"Осеннее обострение заканчивается усыновлением"

Подлинная история усыновленных детей больше похожа на рождественскую сказку

Под Рождество и Новый год всегда хочется чуда. И иногда эти чудеса действительно происходят. Только совершают их не высшие силы и даже не сказочный Дед Мороз, а вполне обычные люди. Мальчику Мише и девочке Вите повезло. Брошенные матерями еще в роддомах, под Новый год они нашли новых родителей. Настоящих.

"Осеннее обострение заканчивается усыновлением"

Сначала нам рассказали про Виту. Буквально неделю назад ее удочерила семья с многообещающей фамилией Магнат - 31-летняя Дина, менеджер по развитию бизнеса в московском представительстве крупной западной компании, и 32-летний Лев, владелец небольшой фирмы по продаже автозапчастей. Мы обрадовались и отправились к Магнатам в гости смотреть на новообретенную дочь.

- А почему вас так интересует младшая? - удивляется Дина. - Мне за старшего обидно!

- Видите ли, Новый год, у девочки начинается новая жизнь в семье... Старший - это пятилетний кареглазый блондин Миша. Он неподалеку возится с сестрой - не то поправляет на ней ползунки, не то просто играет, а потом исчезает в глубинах квартиры весьма замысловатой планировки: ему пора одеваться, они с папой идут в театр. "Может, он и ревнует в глубине души к Вите, но относится к ней хорошо, - рассказывает Дина. - Не может слышать, как она плачет, бежит ее успокаивать".

Сама трехмесячная Вита невозмутимо наблюдает за суетой взрослых вокруг. Дина заворачивает ее в меховой конверт и в плетеной люльке выносит спать на балкон: пусть дышит свежим воздухом. Ребенок беспрекословно засыпает. "Укачивать ее? Даже вопроса такого не возникает, - комментирует Дина. - Она достаточно спокойная. То ли приучаются они в доме ребенка к этому... Хотя я думаю, что она нам еще даст прикурить, когда станет старше".

 

 "Дети - это дети, не важно, откуда они взялись"

С "биологическими" (в терминологии Дины) детьми у четы Магнат возникли трудности. "В принципе они могут у нас быть, - говорит Дина. - Но мы чуть-чуть походили по врачам и решили, что хотим иметь детей, а не тратить силы и годы на походы по клиникам".

Уговаривать мужа взять приемного ребенка Дине не пришлось. "Как только выяснилось, что у нас есть проблемы с кровными детьми, у мужа первая реакция была: значит, будут приемные, - вспоминает Дина. - У нас изначально был одинаковый взгляд на это. Дети - это дети, не важно, откуда они взялись". Пожилая сотрудница органов опеки говорила ей ровно то же самое, что говорят потенциальным усыновителям в большинстве российских опек: "Все дети в домах ребенка больные, неизвестно откуда, хороших детей разбирают еще в роддомах. Если у вас есть знакомые главврачи роддомов, ищите ребенка там". Дина была подготовлена к таким разговорам чтением в интернете конференций по усыновлению и представляла, чему стоит верить, а чему - нет.

- Отказным детям в 100% случаев ставят диагноз "задержка психомоторного и психоречевого развития", - говорит она. - При этом "задержку психоречевого развития" могут поставить в доречевой стадии. Конечно, дети в детдомах отстают в развитии, потому что их там 15 человек в группе, но в семье это уходит. Когда мы принимали решение об усыновлении, наверное, какие-то сомнения у меня были, их не могло не быть. Помню, как я в интернете смотрела фотографии приемных родителей и детей. Для меня было важно убедиться, что это обычные дети. Так оно и было.

Несмотря на серьезную теоретическую подготовку, Дина почти поверила сотруднице опеки. А та заговорила о следующей обязательной страшилке для усыновителей - о генах: "Вы же понимаете, если отец пил - и ребенок будет пить, мать гуляла - и дочь будет гулять". "И тут я очнулась, - вспоминает Дина. - Говорю: стоп, давайте мне направление в дом ребенка".

Больные. Или очень больные

До Нового года тогда оставалось чуть больше месяца. Поиском ребенка Магнаты решили заняться после праздников, но не выдержали и все-таки поехали в дом ребенка - просто на разведку.

Никаких особых требований к внешности будущего малыша не выдвигалось. Единственное пожелание касалось возраста - хотелось малыша около года. "Еще было смутное ощущение, что хочу мальчика", - вспоминает Дина.

- В доме ребенка нам заявили: а у нас дети все больные, ничего нет, - вспоминает Дина. - Так и сказали: "ничего". Нет, сотрудники дома ребенка на самом деле хорошие, просто, когда человек занимается этим 20 лет, у него взгляд меняется.

Расстроенной паре сообщили, что после Нового года будет "поступление" и что гражданам России выберут детей получше, а иностранцы пусть усыновляют остальных. Что, в общем-то, соответствует законодательству, которое устанавливает для россиян приоритет при усыновлении.

И вдруг кого-то осенило: а вот есть такой-то, хороший мальчишка, давайте его покажем. Правда, ему уже почти два года и у него больные почки... Оказалось, что мальчик, о котором вспомнила сотрудница дома ребенка, в младенчестве перенес острый пиелонефрит. Из-за этого от него отказалась чета врачей, которая хотела было его усыновить.

Подняли медицинские карты и выяснили, что уже год как у мальчика все анализы в порядке, а пока смотрели карту, появился сам малыш.

- Его принесли, - вспоминает Дина. - Толстый, зареванный, в малиновой футболке и шортах поверх колготок. Я толстых не люблю, хотя было видно, что мальчик красивый. Отнесли обратно в группу. Все дети носятся, а этот ходит и игрушки в ведро собирает. Спокойный такой, рассудительный. Потом подошел к окну, ткнул в него пальцем и сказал: "Би-би". Он почти не говорил тогда.

Рассказывая о первой встрече с Мишей, Дина удивительным образом обходится без пафоса и штампов вроде "когда я увидела эти глаза, сразу поняла, что это мой ребенок" или «посмотрела на него - и что-то внутри екнуло".

- Ничего у меня не екнуло, - говорит она. - Вот многие с этим носятся, а я вообще не понимаю, что это значит. Любовь к детям рождается, когда начинаешь с ними заниматься. Мы шли без завышенных ожиданий, что вот сейчас увидим друг друга и начнется у нас безумная любовь.

Магнаты ушли, не приняв никакого решения. Но у Дины осталось чувство неудовлетворенности, поэтому вечером она снова поехала в дом ребенка, взяв для поддержки свою тетю.

- Я думала: только бы меня не заставили взять его на руки, - рассказывает Дина. - Потому что это уже будет обязательством, которое я не смогу нарушить, а к обязательствам я была не готова.

Но не знавшая об этих размышлениях тетя, поиграв с ребенком, вручила его Дине.

- Он вцепился в меня руками и ногами, положил голову на плечо и так затих. Чужой ребенок, запах неприятный, жалко его - но отступать некуда.

Вечером с мужем приняли решение: ребенок как ребенок, две руки, две ноги - берем. Так за десять дней до 2003 года у почти двухлетнего Миши появилась семья.

- У нас не было с ним сложностей, он очень быстро все понял, - говорит Дина. - Бывает, что дети "срываются", когда попадают в семью, но у нас такого не было. Нам повезло. Миха очень светлый- он засыпает и просыпается с улыбкой. Мне кажется, это у него врожденное. В доме ребенка он такой же был. Проблемы? Он до сих пор не очень чисто говорит. Может быть, это оттого, что первые два года своей жизни он провел не так, как хотелось бы. А может, так было бы в любом случае.

Через восемь месяцев жизни в семье Миша, у которого, как почти у любого малыша из дома ребенка, стоял диагноз "задержка в психомоторном развитии", пошел в детский сад и оказался там в числе самых "продвинутых" детей. "Он все очень быстро схватывает, - говорит Дина, - хорошо умеет общаться. С ним можно договариваться, он очень адекватный".

Кроме того, Миша оказался весьма спортивным: он катается на горных лыжах и роликах, в четыре года освоил двухколесный велосипед.

Стены квартиры Магнатов увешаны семейными фотографиями. Их главный герой - пока Миша. Вот портрет Миши с папой, вот с дедушкой, а вот целая лента фотографий с мамой и папой на горнолыжном склоне - словом, семейная идиллия.

"Девочка чудесная, но "национальная"

Но Льву идиллия, видимо, казалась недостаточно полной. Через год после усыновления Миши у него родилась идея взять еще и девочку. Объяснение простое - "классно же". Идея пропагандировалась года полтора, пока Дина наконец не согласилась. Возраст будущей дочки определили от года до трех.

По старой памяти девочку решили искать в том же доме ребенка, откуда взяли Мишу. Оказалось, что девочек нужного возраста там сейчас нет, зато много совсем малюток. "Есть трехмесячная девочка, такая чудесная, но... "национальная", - сказала врач. "Национальная" означало "таджичка". Национальность Дине была безразлична, а вот возраст ребенка немного пугал. Тем не менее, не дождавшись, пока муж вернется из командировки, она отправилась посмотреть на девочку. "Дали мне на руки маленькую, - говорит Дина. - Красивейшие глаза, умнейший взгляд - ну как я ее отдам? Скажу, что хотела постарше?"

- Ребенка нельзя выбирать, - рассуждает она. - Если ты идешь в детский дом с мыслью о выборе, лучше подождать, пока в голове не настанет порядок и ты не будеш?ь готов взять любого ребенка. Детей должно хотеться так, чтобы было все равно, какой у них цвет глаз или волос. Когда ты ребенка рожаешь, выбирать же невозможно, какой родился - такой и родился.

И подумав, добавляет: "Но есть совсем уж страшные диагнозы, с которыми мы бы ребенка не взяли".

Дина и Лев не собираются скрывать от детей то, что они были усыновлены. Да с Мишей этот номер уже и не пройдет. Он знает, что родила его не Дина, а другая тетя, но для него в этой мысли нет ничего шокирующего. У Магнатов масса знакомых семей с усыновленными детьми, поэтому для мальчика это совершенно естественная ситуация. А сейчас, когда на его глазах усыновили Виту, все стало еще проще.

По словам Дины, окружающие - от родственников до начальства на работе - относятся к их семье доброжелательно.

- Проще надо быть, усыновляешь ли ты ребенка или рожаешь его, - объясняет Дина. - Тогда и дети будут хорошими, и соседки не будут сплетничать. Главное - не нервничать.

 

Печатается с согласия семьи Магнат. Автор материала Наталья Коныгина