Все началось с "гостевого"

    В нашу местную церковь один из прихожан привозил детей из ближайшего детского дома на службу. И, однажды, он попросил тех, кто имеет автомобили, ему помочь. Так что я года полтора на своей «девятке» возила детдомовцев в церковь, причем, не утруждая себя тем, чтобы с ними познакомиться, просто «работала» водителем. Потом вместе с подругой стали ездить в детдом – позаниматься с детьми рукоделием, научить играть их в шахматы. Привозила какие-то конфеты, подарки. Кстати, сейчас в детских домах Москвы и области практически все есть: хорошие игрушки, одежда, кормят детей прилично, но живется им несладко, ведь казенный дом, какими бы хорошими ни были воспитатели, все равно семьей не становится.
    Кого-то брать под опеку или усыновлять, тогда мы с мужем и не собирались – своих троих хватало (младшей дочке было всего несколько месяцев). Решили пригласить двух детдомовцев в гости на выходные. Просто для того, чтобы они увидели нормальную семейную жизнь. За нас поручились, и мы пригласили в гости двух мальчиков: 15-летнего парня и Сережку (ему тогда 9 лет было). Ничего такого, что бы мы ни делали в обычные выходные, не было. Все вместе гуляли, дети играли. Через неделю к нам в гости еще один мальчик попросился. Фейерверк удовольствий устраивать не стали – не было сил, возможности, да и желания. Мальчишки вместе с нашими детьми катались на велосипедах, помогали мужу в гараже, гуляли.
    Потом наступило лето, детдомовцы поехали в лагерь, куда в родительский день ко всем детям родители приезжают, а к ним – нет. И вот мы с подругой, очень довольные собой, поехали «сирот облагодетельствовать». Взяли пять человек, а они повели нас на речку, показали какой-то изумительной чистоты карьеры. Мы купались, разговаривали, в общем, расслаблялись. И так было каждый раз: когда мы пытались облагодетельствовать детей, мы, пожалуй, даже больше, чем они, получали удовольствие.
     А поскольку в нашей семье все очень любят гостей, то детдомовцы, два-три человека, приходили к нам в гости на выходные (конечно, не каждые) в течение года. Однажды мы решили сделать пиццу. Так вот, я сижу и только пальчиком показываю: ты тесто замешивай, ты овощи режь, ты посуду мой. Хорошо! Кстати, детей мы брали из коррекционного детского дома, так они в пять минут обыграли моего мужа, который закончили физтех с красным дипломом, в шашки. Конечно, эти дети – не вундеркинды, но во всем детском доме была только одна девочка, которую, на мой непрофессиональный взгляд, можно действительно назвать умственно отсталой. У остальных, думаю, с головой все в порядке, просто они – запущенные. Ведь с домашними детьми родители делают уроки, а с ними – никто, ребенок начинает отставать от школьной программы, и поскольку его никто не развивает, то просто плюет на учебу.
     Так получилось, что когда дети приходили к нам в гости, то это всегда был Сережа и кто-то еще. Мой старший сын Андрей, который на год его младше, очень с ним подружился. Так постепенно, сами собой, стали появляться мысли об опеке. Поговорила с мужем, а он, оказывается, давно на эту тему думал. Решили взять Сергея на все лето, а там – посмотрим. То есть мы уже думали об опеке, а Сереже пока еще не говорили, чтобы, если что, ребенок не считал, что он чем-то нам не подошел. И, насколько я понимаю, он и не догадывался о наших планах. В начале августа сказали, что хотим его взять под опеку. Он был озадачен, стал думать. И тут уже мы стали дергаться, потому что чувствуем, это нам надо, нам без него будет плохо.
     Первого сентября Сергей пошел учиться в обычную школу. Отстал он от программы прилично, поэтому занимаемся много. Он к нам привязался, очень нежен с младшими детьми, а с Андрюшкой дружат, хотя и не без ссор, как у всех мальчишек. Мы же с каждым днем все больше и больше считаем его своим ребенком. Сергей встречается со своей старшей сестрой, она осталась в детском доме, скоро пойдет в училище. Сестру принять в свою семью я не готова, во-первых, нам ее элементарно негде разместить (у нас двухкомнатная квартира), и… не готова, и все. Но считаю, что мы не вправе ограничивать Сережино общение с родственниками, ведь если он о них забудет, то есть вероятность, что и нас потом сможет забыть.
     А вообще я хочу сказать, что «гостевой режим», не важно, закончится он опекой или усыновлением или нет, вещь хорошая сама по себе. И неправильно думать, что если ты не готов к усыновлению, то «гостевой» не для тебя. Наш друг, например, уже шесть лет берет детей в гости, но усыновлять никого не собирается. Еще одна знакомая семья приглашала к себе в гости девочку, а удочерила ее в результате совсем другая семья. Главное, не обещать сразу ребенку то, чего не можете, не говорить, что вы готовы заменить ему родителей, если это не так. Лучше просто сказать: все люди ходят в гости друг к другу, давай и мы с тобой будем дружить, а жить ты по-прежнему будешь в детском доме. Большие дети, как показывает практика, совсем не рвутся в приемные семьи: они помнят и любят своих кровных родителей, какими бы те ни были, привыкают к детскому дому. Я считаю, что гостевой режим – это такая малость, на которую, в принципе, способны многие. 

Ольга Оводова